Мой нос дышит!

Мне 47, и уже 19 лет мой  нос дышит. Я не перестаю этому радоваться, потому что чувствовать  себя здоровым всегда приятно.

В 5-летнем возрасте я бежал к подъезду, в котором жил мой дружок. Но не добежал. Болтающиеся сандалики зацепили железяку, о которую чистят каблуки от грязи, стоящую сбоку от подъездов, и мой бег перешел в стремительный полет-падение и атаку переносицей бетонной плиты у входа в подъезд. Нос, скорее всего, был сломан. Родители пожалели, но врачам меня не стали показывать, что и как заживало — не помню. До сих пор удивляюсь их поведению, потому что сам, дважды отец, никогда бы не оставил ситуацию без контроля и не надеялся бы на авось.

Нос был свернут набок, и на переносице долгие годы красовался белый хрящ в красном обрамлении под прозрачной кожицей. Дышать я стал наполовину носом, наполовину ртом. Фотогеничность лица перешла в «косогеничность».В 18 лет я решил сделать операцию. Раньше было нельзя по возрасту, и мотивацией в ее пользу было мое спортивное будущее, где нормального носа очень не хватало для рекордов. Саму операцию я описывать не буду, ничего веселого в ней, в принципе, быть не может. Скажу лишь, что мне сточили переносицу внутри и все сделали как положено. Нос задышал, но исчезла горбинка, и нос стал немного курносым. Через месяц я бегал, дышал носом и радовался жизни!

Через полгода появились симптомы отека  нижних раковин, да такие явные, что  носовые проходы могли мгновенно  перестать пропускать воздух. Порой  хватало одного наклона или прыжка, чтобы в носу появился, отек и он переставал дышать. И тут на помощь пришел великий и неповторимый «нафтизин»!Если  я капал по капле нафтизина  в нос, все проходило через  минуту, если не капал — отек мог распространиться на носоглоточную полость, и я  уже начинал задыхаться по полной программе.

Диагноз авторитетного лор-светилы был  печален: операция была сделана малокорректно  и надо делать дополнительную — обрезать те самые нижние раковины. Что дальше? Такой вопрос я задавал не только лор- авторитету.В дальнейшем предстояло весьма вероятное удаление средних раковин, но не сразу, лет через пять. В перспективе мой нос мог лишиться всех природных забот — чистить и согревать воздух. «Ничего, — говорили мне известные доктора, — живут же люди без ног, можно жить и с таким носом».

И я «подсел» на нафтизин, будь он неладен. При дефиците  медикаментов, существовавшем в те времена, спасительный препарат я приобретал упаковками. Легче было забыть дома деньги, ключи, включенный утюг, но только не нафтизин! И это продолжалось 8 лет. Без него — никуда! Как сейчас помню ощущение спасительного пузырька в нагрудном кармане. Помню, как удивлял свою девушку, будущую жену, обязательным наличием этого атрибута в кармане рубашки.

А вот теперь о самом интересном. В пустой бутылочке от нафтизина  я хранил чистый спирт для протирания головок магнитофона — так делали все, кто любил свои магнитофоны и заботился об их чистом звучании. Пометил я эту бутылку наклейкой «череп с костями» и на этом успокоился. Пробочка  на пузырьке с нафтизином была завальцованной, так препарат не разливался в кармане. Перед закапыванием я набирал нафтизин пипеткой через пробку. Точно так же я хранил и спирт, закачав его шприцем и «добывая» пипеткой.

Однажды ночью (есть такое интригующее слово — «однажды») меня допекло. Нос заложило, и я дышал, как собака после бега. Схватив с полочки нафтизин, пипетку, закачал и брызнул в ноздрю спасительную струю. А это и был спирт(!) Бумажная наклейка отвалилась (тогда еще не научились делать липкие наклейки), и я принял голенькую бутылочку со спиртом за такую же — с нафтизином.

Танец с подскоками был зажигателен  и очень выразителен. Чем больше я промывал нос водой, тем больше жгло. (При отсутствии детектора  лжи запросто можно применить  спирт в нос — расскажешь всю правду). Разозлившись, проклиная все на свете, я схватил весь запас нафтизина и решительными шагами донес его до уличного мусорного контейнера — разбил все пузырьки и выбросил все к чертовой матери. Я знал, что нафтизин в дефиците, что могу вернуться и выудить его обратно из помойки, потому — все вдребезги и в помойку! «Лучше сдохну, чем снова начну капать!» — проорал я сам себе.

И все прошло. Правда, дней десять я  действительно натурально подыхал: бессонные ночи, страшная одышка, собачье  дыхание. Но я твердил себе: « Отсохни  мои руки, если я еще раз прикоснусь к каким-либо каплям от насморка». Тяжело было, как после операции. И все. На этом вся история заканчивается.

За прошедшие 19 лет любой насморк  я стараюсь перетерпеть, использовал  лишь детские препараты раз 10-15, не больше, и только в одну забитую ноздрю, и только для того, чтобы заснуть на второй-третий день болезни.Теперь я уверен, что таким образом можно выдавить из себя любую болезнь. Не сомневаться  и прийти к единственному верному  решению, подтверждая его словами: «Я в полном порядке, мой организм здоров!» Слова можно произносить как вслух, так и про себя, и — никаких сомнений с возражениями. Получится! Теперь уже я точно знаю…

P.S. И еще. Мой дальний родственник живет в Германии, уже много лет мучается такими же проблемами. Уехав из Казахстана, думал, что вылечится в Европе. Его обследовали, отправили на операцию, прооперировали вроде удачно. Но болезнь вернулась: опять нос не дышит, снова приходится закапывать. Пошел к врачу, тот осмотрел и сказал, что, мол, свое дело они сделали, теперь проблема только в голове. Посоветовал обратиться к психиатру. Вот так.Будьте все  здоровы!

Виталий Казанцев, г. Астана 

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

Войти с помощью: 
Уведомление
avatar
wpDiscuz