«Мои маленькие клиенты меня любят, потому что на самой первой консультации я договариваюсь с их родителями, чтобы они им давали карманные деньги», – сообщает мне моя героиня, пока я еще не успела задать ни одного вопроса по теме, которая меня интересует давно. Во-первых, потому что помню, как в детстве хотелось иметь деньги, а когда хоть сколько-нибудь крупная сумма оказывалась в руках, то ничего большого, путного не покупалось – чаще всего расходилось на мелочовку. Во-вторых, вокруг я вижу много примеров, как родители балуют детей, буквально исполняя каждую их прихоть и, соответственно, тратя/давая много денег. Мне зачастую это кажется неправильным, но не завистливый ли внутренний ребенок говорит во мне в такие моменты? В-третьих, в жизни есть примеры, когда родители не дали ребенку денег/не купили вещь, а он ее украл. Где та самая золотая середина в связке «дети и деньги», «Эксперту здоровья» рассказала и на примерах показала психоаналитик, директор института психоанализа Центральной Азии Анна Мергенбаевна КУДИЯРОВА.

– А разве современные родители не дают детям карманные деньги?

– Многие родители делают большие глаза: «Как? У него ведь все есть: в школу мы его возим, обуваем, одеваем, кормим!» Карманные деньги для детей важны, особенно для мальчиков. Если вы хотите воспитать независимого мужчину, который завтра станет кормильцем, то его уже сейчас надо приучать к деньгам. Деньги детям можно и нужно давать с самого раннего возраста: в 3-4 года ребенка уже можно брать с собой на базар, чтобы он смотрел, как совершаются покупки, что сколько стоит, что есть опт и розница. Можно начать учить его торговаться. Экономическое мышление, бизнес-мышление, умение распределять семейный бюджет на ровном месте не возникают. У меня есть тренинг «Деньги любят вас», в котором есть вопрос «Когда вы впервые узнали, что такое деньги?». Одна из участниц ответила, что это произошло в 17 лет. Представляете, в каких условиях она прожила, что только в 17 лет узнала, что в этом мире есть деньги!?

– Когда нужно впервые завести с ребенком разговор о деньгах? И какой это должен быть разговор?

– У казахов уже в годик детишки знакомятся с деньгами, потому что есть обряд «тусау кесу», когда перед малышом кладут деньги, ручку, книжку, камчу и смотрят, что он выберет. Мы проводили эксперимент, в ходе которого давали младенцам просто бумагу и банкноту: обычную бумагу они рвут, деньги же они никогда не рвут, тем более если вы дадите один доллар. Это какая-то аура, наше сознательное или бессознательное трепетное отношение к валюте передается малышам тоже.

– Но это же все бессознательное знакомство с деньгами. А вот когда настоящий разговор завести?

– Мы всегда с детьми говорим на том языке, на котором ребенок может сейчас нас понять: то, что мы говорим в 3-4 года, можно повторить и в 7-8 лет серьезнее и глубже, когда ребенок уже в школу пойдет. Потому что в школе есть буфет, по дороге есть киоски, следовательно, уважающий себя ребенок должен иметь деньги. Как Пушкин говорил: «Я люблю деньги за ту свободу, которую они мне дают». Поэтому мальчикам, я считаю, нужно давать чуть больше, он должен суметь купить жевачку или пирожок себе и своей девочке. Вот откуда у нас инфантильные мужчины, которые жадные, которые не кормильцы, которые не могут букет цветов подарить женщинам. Потому что у них не было денег, сами выпрашивали какие-нибудь копейки у своих родителей.

Но и деньгами откупаться не стоит. Приведу в пример мальчишку из частной школы, который горько рыдал, потому что считал, что родители от него откупаются. Ему на карманные расходы почти 1000 долларов давали – 15 лет назад это была сумасшедшая сумма. И он понимал, что родители просто откупаются, а они говорили: «Что ему еще нужно?! В частной школе, телохранители, 1000 долларов?!» А чтобы вместе фильм посмотреть, обняться, вместе по парку прогуляться – родители вроде как заняты.

– А если родители оказались в сложной экономической ситуации, кто-то потерял работу? Стоит ли сообщать о режиме экономии ребенку и как это правильно сделать?

– Об этом обязательно нужно говорить, потому что если эту ситуацию ребенок не поймет, то он будет бунтовать, он уйдет из дома, выступит каким-либо образом против родителей. Если это подросток, то он и так будет 2-3 года бунтовать, но когда денег нет, то ситуация еще хуже будет. Когда очень тесные, добрые отношения между родителями и детьми, то дети никогда не будут бунтовать, они все понимают.

В 1990-е годы я проводила тренинг среди учителей, там присутствовала одна учительница из дальнего села. У них в селе зарплата маленькая была – около 5000 тенге. А рядом с ней сидели городские учителя, которые получали по 30-32 тысячи тенге. Большая разница. Городские женщины сидели, плакали о том, что они несчастные, что все плохо, не хватает денег на жизнь. Почему я запомнила этот случай?

Потому что единственная, кто сказал, что я счастлива и я довольна жизнью, вот эта сельская учительница. У ее мужа были старые «Жигули», он таксовал, но машина на тот момент сломалась, поэтому ей пришлось ехать автобусом. Ему нужно было сколько-то там денег, чтобы починить авто, но она его не обвиняла, рассказывала обо всем весело. При этом старший сын у нее учился в КазГУ на гранте после окончания школы с красным дипломом. Младший в тот момент тоже заканчивал школу на красный, и она была уверена, что он тоже поступит на грант. У них было мало денег, но была вера в сыновей, любовь к ним, добрые взаимоотношения в семье. Все это привело к тому, что сыновья не нервничали, из дома не убегали, не курили, не пили, а учились хорошо и зарабатывали грант. Это тоже был их посильный вклад в семейный бюджет.

– А нужно ли финансово поощрять детей за помощь по дому или хорошие оценки в школе?

– Если есть возможность, то почему бы и нет?! Можно по-разному, здесь важно быть гибкими. Можно договориться, что ты получаешь зарплату за хорошую учебу. Поэтому ботинки тебе покупаем мы, а шнурки – ты сам. Всегда можно договориться.

– Как уберечь ребенка от опасной ситуации, связанной с деньгами? Насилие, воровство, азартные игры?

– Возьмем случай с клептоманией из моей практики. Папа привел ко мне на прием 8-летнюю дочку, она выглядела даже младше своих 8 лет. Причина: в школе все стали явно видеть, что это она крадет все, что попало ей на глаза. Остались мы с ней вдвоем, спрашиваю: «Как так случилось с тобой?» Она плачет. Но не потому, что она крадет и при этом испытывает угрызения совести. Она говорит о том, что ей тяжело живется, потому что мама занята малышом – когда в казахской семье рождается мальчик, то он всегда становится на первое место. Она от мамы не получает того внимания и заботы, что были раньше, папа на работе занят. Но самое страшное, что когда она приносит по математике четверку, папа ее бьет. Мы работали с папой и с ней по отдельности и вместе, поговорили, провели упражнения, они потом сидели обнявшись и плакали.

Клептомания на психологическом уровне – это недостаток внимания со стороны родителей. Когда ребенок крадет, бессознательно он надеется на то, что кто-то обратит на него внимание. Вот украла она ручку, в классе все думают «Кто украл? Кто украл?». Бессознательно о ней ведь думают. Потом ее разоблачают, и она оказывается в центре внимания. Негативного, но внимания.

– Чтобы ребенок не оказывался в такой ситуации, ему нужно давать достаточно любви и внимания?

– Да. Но еще здесь опять возникает вопрос карманных денег. На тот момент девочке в день выдавали 50 тенге. Тогда проезд в автобусе стоил 50 тенге – 25 тенге туда, 25 тенге обратно. И возникает вопрос «А что, кроме автобуса у ребенка нет других расходов?» Папа отвечает: «Еду мы ей с собой даем». А вы знаете, что в школе много соблазнов: если один ребенок купил жевачку, то все хотят жевачку. Мы договорились, что они будут давать дочери еще 50 тенге в день.

Размер карманных денег я рекомендую определять таким образом: сколько тысяч тенге в неделю вы можете дать ребенку при условии, что наполнение холодильника у вас дома от этого не изменится? Вот столько и давайте. Также я проговариваю с родителями, что карманные деньги – хороший инструмент, чтобы научить ребенка ответственности и бережливости. Сумму карманных денег по договоренности с ребенком можно дать ему сразу за весь месяц. Если истратил за один день, то ничего больше не получит. Можно выдавать раз в неделю. Можно раз в день. Обо всем можно договориться.

Кстати, ту девочку привели ко мне еще раз, когда ей было лет 12-14: из маминой сумки пропали деньги. Дома она не признавалась, что это она, а мне призналась. Зачем взяла? Потому что было 8 Марта, она маму любит и хотела сделать ей подарок. Разговариваю с отцом, он подтверждает, что подарок на 8 Марта был. У меня возникают вопросы к нему: «Как вы, мужчина, отец, довели до того, что ребенок крадет деньги, чтобы сделать подарок маме?» Ведь накануне 8 Марта он же мог бы выступить спонсором? Предложить деньги на подарок, предложить вместе купить подарок? Кстати, выяснился еще один любопытный момент: как мы с ними договорились, что девочке будут выдаваться 100 тенге в день, так ей эту же сумму и дают. Сколько времени прошло, девальвация, инфляция, возраст дочери изменился… Вот к чему может привести негибкость родителей.

– Как поступать родителям, если ребенок жадный и с вещами, и с деньгами и если он совершенно бескорыстный? Надо его переделывать?

– Конечно, надо помогать. Значит, проблемы в развитии были от полутора до трех лет. Так называемая анальная фаза – анально-поносная стадия и анально-запорная стадия. Застряв на анально-поносной стадии, человек умеет зарабатывать деньги, но он все время будет в долгах как в шелках, все, что заработал, как понос, будет уходить. А другая стадия, следующая, которая нужна после того, как мы научились зарабатывать – это умение капитализировать. Анально-запорная стадия говорит, что деньги надо удерживать. Иногда дети чрезмерно удерживают, поэтому они становятся скрягами, так называемый симптом скупого рыцаря: когда деньги есть, но никуда и ни на что тратить не может и не хочет.

– А как помочь ребенку?

– Разговаривать с ним. Был у меня на приеме ребенок со страшными запорами – свечи не помогали решить ситуацию. Его жадность проявлялась в том, что он приносил игрушки в детсад, но никому не давал играть, а если какая-то игрушка случайно куда-то закатывалась, то он закатывал скандал, что никому и ничего не даст. Я ему объяснила, что все его какашки – это его деньги вообще-то. И когда он вырастет, то будет банкиром. Поэтому чем больше он сейчас будет какать, тем больше у него во взрослой жизни будет денег. Он тогда начал какать и говорил всем: «Тетя Аня сказала, что у меня будет много денег. Смотрите, сколько я накакал». Детям надо объяснять на их уровне. В психоанализе есть такая символическая параллель: умение производить какашки – умение создавать деньги.

– Как рассказать ребенку про бедность? Про просящую на улице милостыню бабушку и почему мы не можем помочь всем бабушкам. И как рассказать про богатство? Почему мы не можем позволить себе то, что могут себе позволить те или иные люди.

– На его уровне надо рассказывать. Так устроен мир, это очень несправедливо, тебе может не понравиться, но пока так есть. Поэтому, если тебе нравится богатство, которое ты видишь в фильмах и мультфильмах, тебе нужно трудиться. А про бедность можно объяснить следующим образом: кто-то не может заработать денег, а кто-то не хочет. Ты сам решаешь, как поступить. Ты можешь? Ты хочешь? Тогда надо делать!

– Как вести себя родителям, когда в школе наблюдается социальное неравенство? Всем покупают iPhone, ребенку тоже нужно купить iPhone?

– Нет, не надо. Вспомним ту сельскую учительницу – сколько любви они с мужем давали своим детям. Я думаю, что когда-то со слезами на глазах она объясняла сыновьям, что не может купить им дорогие модные джинсы, но она любит их и надеется, что они выучатся, начнут работать и сами купят себе эти джинсы. Детям всегда надо объяснять, почему именно так мы поступаем.

Однажды мы с одним папой решали проблему, что наступил кризис, денег нет и он уже не может свою семью возить по паркам, по «Мегам»… Я ему сказала, что можно ведь просто поехать в горы на автобусе, в парк, сквер, всем вместе выйти, взять с собой бутерброды. Детям ведь не самое главное в горах икру покушать, им главное – с папой в горах побегать.

– На Западе некоторые богатые люди не передают свой капитал по наследству, мотивируя тем, что иначе дети ничего сами не добьются. Как Вы оцениваете ситуацию? Возможна ли она в нашем менталитете?

– Это пока что исключительно западная модель. Нашим соотечественникам пока рановато об этом думать, ведь казахам надо столько денег накопить, чтобы хватило внукам и правнукам. Так происходит, потому что мы из феодализма прыгнули в социализм, а из социализма назад упали в капитализм. На Западе несколько веков креп капитализм, поэтому бизнес-мышление у них формировалось постепенно.

Думаю, что на Западе пошли по этому пути, когда поняли свои ошибки в воспитании: зачастую богатые наследники, золотая молодежь ничего не делают, а становятся алкоголиками, наркоманами. Хотя мне кажется, что они перегибают палку в другую сторону. Рассказ о том, что женщина все свое имущество переписала на детдом, непонятен мне, могла ведь что-то оставить своим детям.

– Вы затронули тему золотой молодежи. Как мотивировать взрослых детей зарабатывать самостоятельно, а не пребывать на иждивении у родителей?

– Я думаю, что такие родители никогда осознано этот вопрос не ставили перед собой. Это так называемая слепая материнская и отцовская любовь. Самому было холодно-голодно, а теперь, пожалуйста, все, что есть, все для ребенка. От большой любви, возможностей больших богатые родители так делают. Но если мы ребенка до 5 лет будем носить на руках, он ведь так и не научится ходить! Я рекомендую ставить границы, обеспечивая до поры до времени: «Я за учебу заплатил, но тебе уже 20 лет, поэтому на карманные расходы ты можешь заработать сам».

– Надо ли баловать ребенка и как правильно это делать?

– Конечно, баловать надо. Вот казахское слово «еркелету», мне кажется, лучше звучит, чем русское «баловать». В нем заложено много внимания его особенностям, много добра, тепла. То есть баловать, но с умом.

– В том числе деньгами?

– Конечно. Если есть возможность, то почему бы и нет?! Пример: двум девочкам из одной семьи выдают одинаковую сумму на карманные расходы, потому что возраст примерно один и тот же, в одну школу ходят. И одна девочка – капиталистка, у нее в конце месяца всегда есть деньги, даже мама может их у нее занять. У второй девочки – ноль. И почему бы не поощрить ту, у которой есть деньги?! Та, которая ничего и себе не покупает, и не копит, пока живет с родителями, тоже вроде бы ничего страшного не совершает. А завтра вдруг не станет мамы с папой? Ведь главная задача родителей в том, чтобы научить детей жить без родителей. Все мы под Богом, не знаем, сколько нам осталось. Именно поэтому я активно поддерживаю открытие социальных предприятий, чтобы люди с разными видами инвалидности могли работать и зарабатывать. Их родители тоже не вечны, поэтому они очень уязвимы.

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

Войти с помощью: 
Уведомление
avatar
wpDiscuz