Несколько лет назад казахстанские СМИ писали о первых шагах первого в своем роде в Казахстане проекта «Больничные клоуны», который запустила жительница Астаны, режиссер телевидения и кино, волонтер Динаш АУТАЛИПОВА. Она загорелась этой идеей после просмотра сюжета на российском канале о первом больничном клоуне России Константине СЕДОВЕ. Динаш обучит первых казахстанских больничных клоунов, организует более 80 представлений для маленьких пациентов онкоотделения, а также создаст и возглавит общественный фонд «Сан адам». А потом в силу разных обстоятельств больше чем на год перестанет заниматься всем этим. Но в конце 2015 года женщина найдет в себе силы еще раз вдохнуть жизнь в эту нужную обществу идею, да так, что заручится поддержкой акимата Астаны и при поддержке Столичного цирка вновь начнет организовывать представления для детей. О втором рождении проекта «Больничные клоуны» – в материале «Эксперта здоровья».

Рождение и возрождение

– Динаш, можно узнать, как родился проект «Больничные клоуны»?

– Изначально я мечтала создать callцентр, «службу спасения» для оставшихся дома одних детей – ребенок набирает три цифры, а ему отвечает пожилая Мэри Поппинс, добрая апашка Ақ Жарқын. Маленький ребенок звонит и говорит, что он сегодня дома один, просит совет, чем ему сегодня заняться, как решить ту или иную задачу по математике, и она по телефону или по скайпу помогает ему либо просто поддерживает ребенка. Эта служба, как думала я, будет актуальной, потому что Астана – город очень занятых взрослых, которые любят своих детей, но много времени проводят на работе. Потом, когда я работала на телевидении, я написала концепт детской программы: та самая добрая апашка Ақ Жарқын с экранов телевизоров вела бы с детьми диалог о жизни, дружбе, творчестве…

Все изменило мое знакомство с Константином СЕДОВЫМ. Меня поразил телесюжет о нем: в больничную палату к ребенку зашел высокий, интересный, симпатичный клоун, а диктор за кадром рассказывал, что этот мужчина – больничный клоун, основатель первого в России движения больничных клоунов. И тут я представила, как тяжело другим, особенным детям, которые находятся в больницах на длительном лечении. Уже через полчаса я нашла сайт Константина с его контактами, поговорила с ним. И вскоре листала на компьютере присланное им методическое пособие по больничной клоунаде. Он сказал, что если после прочтения возникнут вопросы, то я могу обращаться к нему. Это было в январе 2013 года.

– А как от слов перешли к делу?

– Наш проект благословенен тем, что мне не пришлось бегать по банкам и спонсорам. Я обратилась к владельцу крупной строительной компании BIgroup Айдыну РАХИМБАЕВУ, который сразу же согласился поддержать проект. Уже в апреле 2013 года в отделении детской онкологии в Национальном научном центре материнства и детства в Астане мы презентовали больничную клоунаду. На открытие проекта приехал и Константин, провел обучающие мастер-классы для наших ребят.

– Как быстро все закрутилось!

– Да. У нас к тому моменту была команда из 20 человек. А через месяц с нами осталось только 7 человек – остальные не хотели, не были готовы. Я хочу отметить, не укоряя никого, а просто констатируя факты, что у нас такой менталитет, что даже творческие люди, слыша об онкологии, затыкают уши и убегают. Но, узнав, что компания BIgroup готовит проект с больничными клоунами, все радовались: «С таким спонсором мы начнем такие деньги зарабатывать!» А когда поняли, что за скромные деньги предстоит себя профессионально показывать, то остались только те, кто мотивирован не финансами… Вообще, почему-то никто к больничной клоунаде серьезно не относится – мол, мы придем, когда будет время. Но мы так не можем, нам нужна обязательность, регулярность. Поэтому тех, кого мы обучили, мы просили подписать контракт хотя бы на полгода…

В мае 2014 года Костя приезжал еще раз, уже в Алматы, где мы в санатории «Алатау» провели мастер-класс по больничной клоунаде и кастинг. На роль больничного клоуна пришли пробоваться порядка 50 человек, после отсева осталось 12. Вместе с артистами из кукольного театра «Зазеркалье» они составили костяк, с которым мы сделали выход к пациентам онкоотделения Национального центра педиатрии и детской хирургии в Баганашиле. Большим светлым воспоминанием для меня и моих соратников стало посещение Международного фестиваля-семинара по больничной клоунаде летом 2014 года в Москве. Там я обрела много новых друзей из числа больничных клоунов со всех уголков России. Я радовалась тому, насколько в России любят больничную клоунаду, как им помогает мэрия Москвы, известные артисты театра и кино. Казахстанский проект активно развивался в 2013-2014 годах, мы повышали квалификацию, делали еще выходы к маленьким онкопациентам в Астане и Алматы.

– А потом деньги закончились?

– Нет. В принципе, наш проект не очень затратный – только людям заплатить да на обновление реквизита и транспортные расходы оставить. Ведь клоун приходит не с подарками в больших коробках с лентой, он не дарит стопки книжек и сумки игрушек. Он дарит улыбку, тепло, расположение. Его задача – прийти, поднять настроение, поддержать как друг!

Нам не хватало человеческих ресурсов – администраторов не хватало, клоунов не хватало. Я начала сама выходить к детям, как-то сразу придумала себе образ клоуна с ником Динь-Динь. Я старалась, училась, все хорошо получалось, но восстановиться после таких добрых визитов было нелегко – следующий день после выступления я проводила в кровати. Также в тот момент мой отец, часть меня, заболел онкологией и вскоре умер у меня на руках. Проект пошел на спад…

– А когда Вы решили его возродить?

– В конце 2015 – начале 2016 года. Это было и мое второе рождение. После смерти отца я решила также поддерживать и взрослых онкобольных – я поняла, насколько им важны эти эмоции, эти улыбки. В основном мы работаем с детьми, но если будут приглашения ко взрослым пациентам – не откажем.

В это же время в моей жизни появился важный человек, на которого я ориентируюсь. Речь о Марине ЧЕЙШВИЛИ, специалисте по социальной работе с онкобольными людьми в отделении онкогематологии и трансплантации костного мозга АО «Национальный научный центр онкологии и трансплантологии». Раньше работа Марины не была связана ни с медициной, ни с социальной сферой. Она стала соцработником после того, как в 2012 году лейкозом заболел ее старший сын Амирам – в 2013 году в возрасте 18 лет парень умер.

После смерти сына Марина не могла вернуться к прежней жизни в Алматы. После похорон она приехала в Астану на постоянное место жительства и начала работать в отделении, где с сыном провела больше года. Так начался путь-служение, который Марина называет «Жизнь после смерти». Я горжусь тем, что нахожусь в команде волонтеров Марины, мы оказываем помощь взрослым онкопациентам. Нам посылаются трудности настолько, насколько мы способны их пережить и преодолеть. А если совсем тяжело, то Бог посылает нам в помощь добрых и нужных людей, как Марина.

Также наш проект в Алматы активно поддерживает замечательный человек Лев ЦОЙ. Он занимается в компании «Технодом» социальными проектами.

Мы вместе с ним и трагически погибшим этим летом сотрудником «Технодома», молодым талантливым режиссером Сафаром ШУКЕЕВЫМ планировали снять классный ролик о больничной клоунаде с участием олимпийских чемпионов и других знаменитостей. Идея ролика такова, что каждый может стать больничным клоуном. Мы хотели показать, как больничные клоуны работают с детьми, а после снимают парики, клоунский нос, смывают грим, и мы видим, кто это был, вернее, узнаем их, потому что это медийные лица. Слоган такой: «Им не важно, кто ты! Ты можешь помочь им пережить этот день». Но из-за смерти Сафара не можем найти, кто будет снимать, пока видение ни с кем не совпадает.

Еще я не могу не упомянуть одного из учредителей нашего фонда «Сан адам» Нурлана АЛГАШОВА.

Он ведет астанинскую группу известного Facebook-проекта «Исполним детскую мечту», в рамках которого каждому маленькому пациенту онкоотделения на день рождения дарят подарок, о котором он мечтает. Деньги на подарок собирают пользователи Facebook. Это классно, откликается много добрых людей. Мечты у детей разные: кто-то хочет куртку новую, кто-то машинку с пультом управления, ноутбук, сотовый телефон, а кто-то из детей мечтает встретиться с любимым певцом. Например, как девочка Назгуль, борющаяся с опухолью головного мозга. Она мечтала увидеть и поговорить с певцом Кайратом НУРТАСОМ. Ее желание поручено было выполнить мне.

С Кайратом Нуртасом мы познакомились на мероприятии, где он выступал, я представилась и рассказала о нашем проекте и девочке Назгуль в частности. Он попросил мою визитку, сказав: «Я позвоню». Сказать по правде, я сомневалась, что звезда эстрады, у которого гастроли расписаны на год вперед, который собирает стадионы, сохранит мою визитку да еще и позвонит. Каково же было мое удивление, когда через месяц мне позвонили от его имени и вручили сертификат на 2 000 000 тенге. Именно благодаря этой финансовой поддержке мы помогли нескольким больным детям, сшили красочные костюмы, разработали сайт.

Также Кайрат дал согласие стать членом нашего попечительского совета и согласился сняться в социальном ролике о больничной клоунаде. С Назгуль он тоже увиделся – на манеже Столичного цирка. Это был такой праздник для малышки, она от неожиданности была растеряна, ведь ее любимый певец пел только для нее ее любимую песню «Алматынын тундери ай». Волшебные эндорфины были так нужны нашей принцессе в борьбе с коварной болезнью. Наш фонд участвовал в организации поездки Назгуль в Москву в НИИ нейрохирургии им. Бурденко, врачи которого дали хорошие отзывы о состоянии малышки.

– А что лично Вам дает силы заниматься благотворительностью?

– Я часто сама себе задаю этот вопрос. Ведь некоторые люди занимаются этим ради личного пиара. И меня в таком же не раз обвиняли. И сама себе отвечаю: «Я этим занимаюсь, потому что понимаю, что это помогает особенным детям и взрослым, потому что я чувствую, что это нужно им. Это счастье – видеть их счастливые глазки, когда у них появляется интерес к жизни, знать, что хоть ненадолго они забудут о боли, когда ты говоришь им заветные слова: «Я с тобой!»

клоуны в больнице

О роли больничных клоунов

– Динаш, а зачем вообще в больницах нужны клоуны?

– Если раньше я думала, что больничные клоуны могут быть полезны только в онкологических стационарах, то сейчас спектр расширен: добрая улыбка и несколько фокусов как нельзя кстати придутся и в детском доме, и в приемном покое поликлиник и стационаров. Я стараюсь не делить детей на легкобольных и тяжелобольных. Каждый ребенок, когда оказывается без родителя в палате, где его будут встречать дяди-врачи с большими шприцами, нуждается в позитивных эмоциях. Когда он видит смешного, доброго клоуна, то меняется отношение к процедуре, которая ему предстоит, он ее психологически переносит намного легче.

– Насколько это уместно в приемном покое?

– Мы отвлекаем детей от неприятной боли, страха. Врачам не мешаем – мы работаем в паре с ними. Практика таких тандемов уже более 40 лет применяется в Европе. Больничная клоунада зародилась в 1970-х годах после случая с американским психологом Норманом КАЗИНСОМ, который вошел в историю как «человек, рассмешивший смерть». Когда он заболел редкой болезнью суставов, то заперся в комнате и стал ежедневно по 5-6 часов в день смотреть комедии и смеяться. Через неделю прекратились боли, через месяц он начал двигаться и вскоре даже смог вернуться к работе. После такого сенсационного случая в Америке и на Западе стали проводиться научные исследования по смеху и начала развиваться смехотерапия (также называется гелотология) как один из методов психотерапии.

Я сама не бывала в европейских больничных приемных покоях. Но родители, которые лечат своих детей за границей, рассказывают, что действительно клоунов можно в любое время суток встретить в холле. Они даже работают в штате больницы. Мы тоже мечтаем, что у нас в Казахстане появится такая профессия, а в каждой поликлинике и больнице будет такая штатная единица. Я делала доклад о такой необходимости в 2015 году на ежегодной выставке «Лучшие социальные проекты, реализуемые в Казахстане» (Астана). Участвовать в этой ярмарке социальных идей и проектов нам предложило Управление занятости Астаны.

В итоге наш проект стал победителем городского конкурса. Нам подарили компьютер, это наш первый боевой трофей. В торжественной обстановке прошла встреча с министром здравоохранения Тамарой ДУЙСЕНОВОЙ и занимавшей на тот момент пост вице-премьера Даригой НАЗАРБАЕВОЙ. Мы тогда проговаривали статус профессии больничного клоуна в частности и необходимость принятия закона о волонтерстве в нашей стране в целом.

– А как и кто может обучиться на больничного клоуна?

– Мы стараемся привлекать творческих людей с широким кругозором, в идеале – с высшим образованием или студентов, но это не главный критерий. Главное – доброе сердце и желание учиться. Важно верить в то, что мир становится лучше не от слов, а от дел! Для меня больничный клоун – самая лучшая профессия и на свете. Это путешествие по сложному и неожиданному жанру актерской импровизации, в котором ты вновь и вновь будешь открывать себя. Это реальная помощь детям, которые месяцами находятся на тяжелом лечении в больницах. Это возможность дополнительного заработка – после окончания нашей школы работа в больнице оплачивается. Обучение у нас длится 2,5 месяца, оно бесплатное. Речь идет о небольших суммах – 5000 тенге за один день в больнице с детьми (может быть несколько выходов).

– Мне кажется или Вы сами говорите об этом неуверенно?

– Есть такой момент. С одной стороны, не хочется, чтобы деньги были главной мотивацией ребят, когда они в палате с ребенком и думают о том, что им сейчас бухгалтер деньги выплатит. Но с другой стороны, больничные клоуны тратят свое время, применяют профессиональные навыки. Если я раньше считала, что волонтерство – это зов сердца, посыл души, здесь нет места денежной мотивации, то после обучающего семинара по волонтерству, который прошел летом 2016 года, я изменила свое мнение. Тренер Скотт Ганский, имеющий колоссальный опыт в работе с волонтерскими проектами в США, объяснил, что волонтерство должно денежно поощряться. Что все – взрослые люди, всем надо содержать себя и семьи, поэтому это нормально – платить за такую работу.

– Кто сейчас работает больничными клоунами?

– Раньше мы самостоятельно привлекали профессиональных клоунов, артистов и просили их адаптировать что-то для выхода в больнице. А сейчас Столичный цирк протянул нам руку помощи: откликнулись артисты цирка, они работают вместе с волонтерами, зачастую беря над ними шефство и показывая новые приемы. Кстати, именно этот проект привел меня на мое нынешнее место работы – в Столичный цирк, где я работаю пиар-менеджером. Когда я в очередной раз пришла по вопросам проекта к руководителю Управления культуры города Астаны Болату МАЖАГУЛОВУ – человеку с большим сердцем, он и рекомендовал меня директору Столичного цирка, предвидя развитие больничной клоунады именно на базе этого учреждения. За это я ему очень благодарна. Директор Столичного цирка Ерик ЖОЛЖАКСЫНОВ и замдиректора по творчеству Владислав БЕРНАДСКИЙ с радостью поддержали проект, горжусь тем, что работаю в команде с такими хорошими людьми.

– Как часто больничные клоуны приезжают к детям?

– Мы приезжаем на праздники, на дни рождения, бывает, что инициатива исходит от соцработников отделения детской онкологии Национального научного центра материнства и детства в Астане. Например, минувшей осенью мы исполнили мечту мальчика Матвея, который мечтал, чтобы его поздравил фокусник, показал фокусы ему и его друзьям из отделения. К нему на праздник приехали больничные клоуны Азюня и Окей (артисты Столичного цирка Азылбек БОЛАТОВ и Даулет ШУЙНИШЕВ). У детей от радости блестели глазки, каждый номер клоунов сопровождался детским смехом, все весело хлопали в ладошки. Для «маленьких воинов» это долгожданное событие, многие из них по состоянию здоровья в цирк не могут приехать. Некоторые из них даже Новый год вынуждены проводить в больничных стенах. Частичка радости, которую им подарили клоуны, запомнится надолго, ведь улыбка и смех – лучшее лекарство. Если дети не могут приехать в цирк, то цирк придет к ним сам! Родители этих деток всегда тепло благодарят нас.

Больничные клоуны

О планах на будущее

– Какие планы у вашего проекта?

– Мы работаем над сайтом, решаем организационные вопросы по запуску регулярной школы по больничной клоунаде как в Астане, так и в Алматы. Управление культуры, Управление архивов и документации города Астаны и Столичный цирк, а также другие творческие коллективы нашей столицы совместно с нашим фондом «Сан адам» планируют в 2017 году примерно 1040 мероприятий в год.

Рабочее название этой социально-культурной программы – «Друзья героев». В ней помимо больничной клоунады много других составляющих, участвуют артисты, танцевальные коллективы. Кроме уже посещаемых нами отделений выходы больничных клоунов будут проходить в домах престарелых, домах ребенка, городской детской больнице №2, а также взрослых и детских онкоотделениях столицы. Мы впервые масштабно начнем работать со взрослыми пациентами. Цели этого проекта: поддержка социально значимых сфер жизни общества и гуманитарное развитие творческих коллективов Астаны; приобщение к творческой деятельности как можно большего количества людей, которые оказались в трудных жизненных ситуациях, в рамках различных социокультурных мероприятий, способствующих адаптации людей к реальной жизни; привлечение внимания к творческой деятельности этих людей; организация досуга пожилых людей в доме престарелых.

 – К взрослым пациентам, наверное, другой подход?

– Безусловно. Мы будем использовать музыку, сценические костюмы из разных исторических эпох, элементы стэндапа, плейбэка (разновидность театрального искусства, импровизационный театр, в котором на сцене актерами разыгрываются истории, только что рассказанные другими зрителями) и фокусы.
больничные клоуны
– А как строится работа клоуна с ребенком?

– Если клоун работает в палате, то номер длится 15-20 минут. Если работает в холле, то это называется интерактивом – там до 40-50 минут может длиться представление (обычно с шарами и мыльными пузырями). Но мы в основном, как и все больничные клоуны, работаем в палате.

Клоуны всегда работают в паре, потому что в палате всегда вместе с ребенком находится его мама. Второй клоун подыгрывает напарнику, но больше работает с мамой. Я обратила внимание, что, когда ребенок болеет, если мама открыта миру. Если у нее есть здоровый интерес к жизни, несмотря ни на что, она находит энергию жить, улыбается, то и ребенок тоже будет улыбчивый.

А есть родители, на лицах которых печать горя, трагедии – они этим состоянием давят на ребенка, и он синхронно живет в таком эмоциональном состоянии…  Иногда хочется сказать: «Мама, ну что ты делаешь? У тебя ребенок заболел, да, тяжело, да, денег не хватает на лечение, но это не значит, что ребенка надо задавить этим состоянием!» И мы нашли способ напомнить им о том, что жизнь многогранна. Поэтому очень важно войти в доверие к маме. В России, мне рассказывали, мамы доверяют клоунам, как няням – пока артист работает, мамы могут сбегать в магазин, в аптеку, просто погулять в парке минут 15. Такое позволяется.

– Сталкивались ли Вы с такими историями, которые говорили, что, да, проект «Больничный клоун» стоит на правильном пути?

– Историй много. Люблю, когда у детей загораются глазки. Когда приходишь, а ребенок весь зажатый, настолько подавленный, забьется в уголок кровати и живет в этом своем маленьком замкнутом пространстве, этот человечек боится всего. А ты понимаешь, что вот она – твоя возможность вызвать у него улыбку. Хотя не все дети стандартно реагируют, были моменты, когда ребенок начинал дразнить, изображать тебя. Работа больничного клоуна в палате во многом строится на импровизации. Ведь когда клоун стучит в дверь и спрашивает разрешения войти, то не знает, что его ждет в палате, какой настрой у ребенка и мамы, захотят ли вообще с ним общаться? Если ребенок не пустит к себе, то клоун уходит. А если пригласит зайти, то клоун начинает изучать обстановку, ищет общие темы: узнает, сколько лет, какие мультфильмы любит ребенок. Работа больничного клоуна – это всегда творческий тандем с медперсоналом. Врачи всегда положительно отзываются о работе клоунов в больнице, за что мы им очень благодарны!

 – А бывает, что дети пугаются, плачут? Знаю, что некоторые боятся клоунов с детства и во взрослом возрасте.

– Да, были такие случаи, особенно часто среди детей до 2 лет. Поэтому мы пытаемся минимально использовать грим, одеваться не кричаще. А некоторые прямо на руки идут. Стать другом ребенку можно, если он увидит, что ты пришел к нему с добром.

Поделиться:

FacebookTwitterVkontakteOdnoklassniki

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

Войти с помощью: 
Уведомление
avatar
wpDiscuz