Вообще очень часто семья готова принять, но девушка сама не готова вернуться туда, где ее не понимали, откуда она сама сбежала несколько лет назад в надежде создать свою семью и жить по-другому. Очень часто процесс возвращения домой начинается с прощения родственниками. Первая реакция родственников – отрицание. Вторая, через несколько недель, – приезжают смотреть на внуков, очаровываются ими. Вскоре забирают мать и ребенка/детей домой. Они возвращаются в семью уже на других условиях – не в статусе несмышленого ребенка, а в статусе взрослой женщины, матери, у которой уже есть, как правило, какая-никакая, но профессия.

Зачастую попадающие к нам женщины обижены на весь мир. Они не хотят меняться, во всем винят окружающих. Наша программа помощи направлена таким образом, чтобы женщина смогла взять ответственность за себя и своих детей на себя. Если женщина не готова меняться, то помочь ей не сможет никто.

На просьбу рассказать позитивные истории «выпускниц» приюта Тамара приносит с любовью оформленный фотоальбом – наклейки, подписи разноцветными гелевыми ручками. Она улыбается, смакуя каждую историю: эта женщина удачно вышла замуж, родила 3 детей; эта девушка когда-то поступила в приют из Москвы, где работала валютной проституткой, а сейчас создала семью и переехала в Канаду; а эта девочка выучилась на визажиста, сейчас успешно работает, снимает квартиру, отдала детей в детский сад. Показать их снимки мы не можем. Впрочем, как и сделать портреты тех, кто здесь живет сейчас. Это может угрожать их безопасности. Позже фотограф сделает снимки территории так, чтобы нельзя было опознать, где находится приют.

– Какие правила в отношении детей на вашей территории должны исполнять матери?

– Нужно, чтобы дети были здоровыми, чистыми, вовремя накормленными, вовремя ложились спать. Чтобы в комнате, где они все вместе живут, было чисто, чтобы женщина по графику мыла посуду, подметала территорию. Чтобы она сама соблюдала нормы гигиены. К сожалению, довольно часто женщины не умеют даже элементарного. Например, различать время по часам, завязывать шнурки, читать.

– Такое может быть в ХХI веке?

– В нашей стране большое количество людей, которые никогда не получали документов, не учились. У нас таких женщин-Маугли 50%.

Расскажу одну историю. Женщина с дочерью много лет назад приехала в Казахстан из Киргизии, она нанялась пасти скот, ребенок в школу не пошел – помогал матери. Потом мама в ходе ссоры застрелила своего сожителя из ружья, ее осудили на 9 лет. Девочка осталась в этом отгоне – сначала ею пользовался один чабан, потом другой. В результате – 2 беременности. Так как она страдала дистрофией, то люди испугались, что при вторых родах она умрет, и вместе со старшим ребенком привезли в город, к нам в приют. Мы рожали по «скорой», скандалили со всеми врачами. Потом пытались восстановить документы, но единственное, что нашли, – запись в журнале о ее рождении. Она ухаживает за двумя детьми (старший пошел в школу, младший ходит в коррекционный детский сад) и ждет, пока ее мама освободится из тюрьмы – осталось 4 года. Ей некуда идти, она не готова к самостоятельной жизни.

– Я правильно поняла, что дети из вашего приюта ходят в школу?

– Да, каждое утро встают, собираются и все вместе идут в ближайшую школу. Потом возвращаются, обедают, делают уроки. Если мама на работе, то ждут ее.
Нам стоило невероятных усилий, чтобы нашим детям дали возможность ходить в школу, получать медпомощь в поликлинике. С самого начала к нам было пристальное внимание со стороны СЭС, пожарных и других. Ситуация изменилась в 2016 году, когда бывший замакима Турксибского района Алматы Мухтар Ильясович ТАЖИБАЕВ (с июля 2017 года – аким Жетысуского района) организовал нам общую встречу с главврачами, директорами школ и руководителями других учреждений. С тех пор помогать детям стало легче.

– Дети сталкиваются с дискриминацией в школе? Родители одноклассников не выступают против? Простите, что спрашиваю об этом, но знаю, что были случаи, когда выступали даже против обучения в одном классе «домашних» детей и «детдомовских».

– Родители, наоборот, начинают помогать нашим детям: приносить вкусности, вещи. Дети непосредственные, они идут в школу, и когда их спрашивают: «Где ты живешь?», называют наш адрес. Вся округа в курсе, что здесь приют для лиц без определенного места жительства, что здесь живут странные женщины, что здесь есть в том числе женщины легкого поведения. Мы разговариваем с классными руководителями, просим употреблять другую формулировку – «женщина, которая находится в трудной ситуации». Но на детей это отношение не распространяется. Они ходят друг к другу в гости. Но мы просим поменьше жалости и формулировок «бедный Саша/бедная Жания». Потому что это западет в душу ребенка и ранит его.

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

Войти с помощью: 
Уведомление
avatar
wpDiscuz