Generic selectors
Exact matches only
Search in title
Search in content
Search in posts
Search in pages

Спасибо, Жизнь, за то, что ты у меня есть!

спасибо жизнь Болезни костно-мышечной системы; суставов

Айман искренне не понимает, почему здоровые, сильные парни и девушки при первых же испытаниях на прочность лезут в петлю или пьют эссенцию. Она на собственном печальном опыте убедилась – главный подарок, который получает человек при рождении, – здоровье. И пока оно у человека есть, ему по плечу любые горы. Прикованная к инвалидной коляске, она все равно не унывает, «бьет лапками по сметане». И уверена, когда-нибудь сметана превратится в кусок масла, и тогда у нее под ногами появится твердая опора. И поэтому она говорит: “Спасибо, Жизнь, за то, что ты у меня есть”!

Диагноз не установлен

Айман Калкамбаева родилась в Талгарском районе, в 20 км от Алматы. В большой семье была седьмым ребенком – здоровой красивой девочкой. Папа работал гидротехником в колхозе, мама была домохозяйкой. Родители – настоящие работяги, и детей с малолетства воспитывали в уважении к труду. Семья имела небольшое хозяйство, ребята помогали родителям в огороде, выполняли нехитрую работу по дому.

Старшая сестра, Салима, вышла замуж в соседнем поселке, у нее подрастали собственные дети. Айман исполнилось 10 лет, когда Салима предложила ей переселиться к ней. С одной стороны, хотела помочь маме, с другой – Айман могла присмотреть за малышами.

Первые признаки надвигающейся беды Айман почувствовала в 13 лет: стала меняться походка, появилась косолапость ступней, а вместе с внешними изменениями начались и всяческие комплексы. Она ограничила себя в общении с друзьями, запретила себе ходить на вечера и дискотеки. Главное для нее было – после школы зайти в детский сад, забрать племянников и снова домой.

Чтобы хоть как-то скрыть кривизну ног, стала носить объемные гетры, низко опуская их на кроссовки. Обеспокоенная мама повела девочку к врачам, возила ее и в Алматы. Но ни травматологи, ни ортопеды ничего конкретного сказать не смогли. Не определившись с диагнозом, врачи предлагали операцию по выправлению ступней. Но родители еще надеялись, что вылечить дочь можно не таким радикальным способом.

Постепенно Айман смирилась с кривизной ступней, правда, покупка обуви превращалась в мучения и конфликты с мамой и с продавцами. Для удобства Айман сама стала придумывать и шить специальные стельки. И даже выпускной вечер не принес ей ожидаемой радости. Платье приобрели, а туфли из магазина надеть так и не могла. Пришлось ехать с мамой на рынок и покупать простые неказистые тапочки.

Земля уходит из-под ног

После школы Айман была одержима одной мыслью – определить, наконец, собственный диагноз, потому и решила поступать в медицинский институт. Отговорила мама: «Учись на швею, эта профессия тебе пригодится, не даст умереть с голоду». Айман согласилась и нашла в Алматы училище с общежитием поблизости. К этому времени болезнь уже прогрессировала, Айман теперь могла споткнуться на ровном месте и упасть посреди улицы.

После окончания училища девушка устроилась работать на фабрику им.  «1 Мая», трудилась там 5 лет. Но тут грянула перестройка, и фабрика разорилась, как и многие другие предприятия страны. Тысячи людей, и среди них Айман, остались без работы.

Вскоре Айман предложили работу в военном госпитале санитаркой. Согласившись, она даже не представляла, что это будет для нее новым психологическим испытанием. Ведь целых 5 лет она работала в женском коллективе, где на ее заболевание никто не обращал внимания. Она отучилась стесняться своей болезни. А тут ежедневно встречала много молодых красивых парней, среди них и бравых офицеров.

Ребята, приметив сидящую Айман, предпринимали попытку познакомиться с симпатичной девушкой. А она, 20-летняя девочка, спотыкалась и падала у них на глазах. Каждый день она старалась быстрее пройти КПП и спрятаться на своем рабочем месте. Через месяц у нее сдали нервы, она задумала уволиться. Отговорил ее непосредственный начальник. Он поддержал Айман, предложил встречать ее утром на КПП и провожать после работы до автобуса, настаивал на ее дальнейшей учебе: «Проучишься в медучилище 3 года и будешь сидеть в приемном покое». Ей даже установили график, удобный для учебы.

Читайте также:  От чего заболел – тем и лечись!

Айман до сих пор с теплом и благодарностью вспоминает коллектив госпиталя и начальника приемного отделения Владимира Ивановича. В медучилище ей тоже пошли навстречу, разрешив оплачивать учебу в посильном размере. Ведь оплата за обучение тогда составляла 30 тысяч за курс, а ее зарплата – всего 4 тысячи. Проработала она в госпитале еще год, но с мужчинами общаться, по ее признанию, так и не научилась.

Спасибо жизнь за ботинки, которые изменили мир

После увольнения с фабрики Айман осталась без жилья, из общежития ее попросили. Зато в госпитале ей предоставили служебную двухкомнатную квартиру на время контракта. Выделили КамАЗ, четверых здоровых парней. Ребята ей вскоре и ремонт в квартире сделали. Айман чувствовала себя почти счастливой. Вот только ноги продолжали беспокоить.

Знак судьбы появился в ее жизни в лице сослуживицы: санитарка из травматологии предложила Айман заказать ортопедическую обувь. Специальная обувь стоила довольно дорого – 4 тысячи, серьезные по тем временам деньги. Айман была согласна на любую сумму, лишь бы обувь была удобной. Айман не обманулась в своих ожиданиях, по ее словам, в новых ботинках она буквально летала. Появилось другое настроение, ей хотелось работать и жить, жить, жить! Она почувствовала себя более раскованной и в общении с людьми. Ботинки изменили ее жизнь, подарили ей второе дыхание.

Чем же я больна?

Самый жгучий вопрос она пока не могла решить – определить собственное заболевание, чтобы приступить к лечению. Ей посоветовали проконсультироваться у невропатолога. В диагностическом центре поставили диагноз – неврологическое заболевание. По словам доктора, если его не лечить, то результат будет плачевный – болезнь приведет к инвалидной коляске и полной нетрудоспособности. Тогда же ей присвоили 2-ую группу инвалидности. А она просила 3-ю, чтобы не уволили с работы и не выгнали из училища. Два года она была на 3-ей группе. Но за полгода до окончания учебы у нее прибавились еще две болезни – ревматоидный артрит и полиартрит.

«Иногда я думаю: если бы тогда я согласилась на 2-ю группу, ушла с работы, может быть, и не нажила бы себе дополнительных диагнозов, – признается девушка. – Ведь мне приходилось употреблять массу разных лекарств, к тому времени заболела и умерла мама. Заболела и умерла племянница. Для меня это был невыносимый стресс».

В 1999 году она свалилась с ног прямо на работе – воспалились все суставы. Месяц ее лечили в том же госпитале. Лечение дало результаты, она начала ходить, самостоятельно выполняла несложную работу. Но когда снова вышла на работу, бросила принимать лекарственные препараты, болезнь стала снова прогрессировать. Четыре месяца, пока Айман была на больничном листе, руководство госпиталя поддерживало ее материально. Но закон есть закон, через 4 месяца ее вынуждены были уволить.

Айман вернулась в деревню к отцу. Ситуация там складывалась не лучшим образом: сноха и брат не работали. Все жили на отцовскую пенсию. Айман пролежала дома 3 месяца, все чаще на нее накатывало чувство отчаяния. Однажды она не выдержала, уехала к сестре Салиме. Ее скудной пенсии хватало только на лекарства. У сестры пролежала год, страшно похудела. Теперь уже сестра взвалила на себя заботы о здоровье Айман. Она усаживала Айман в тачку и возила по врачам. Но медики, как и прежде, только разводили руками. Айман чувствовала, что теряет человеческий облик, и все в ней взбунтовалось…

Хождение по …

Взяла Айман с собой младшую сестру, и поехали они по алматинским больницам и клиникам. Ее долго «футболили», пока не добралась она до 12-й горбольницы.

– Я сразу захожу в ординаторскую: «Возьмите меня на лечение». Мне отказывают – у меня нет направления. Села я в коридоре и плачу: «Никуда я не пойду». Проходит мимо профессор, спрашивает, в чем дело. Я ему и выложила все. Профессор зашел в ординаторскую, устроил разгон сотрудникам. Позвонил лечащему невропатологу, заставил привезти нужные бумаги. Месяц я пролечилась в 12-ой больнице. Меня поставили на ноги. К тому времени я уже знала, какие препараты мне помогают. Вернулась в деревню, активно лечилась, стала поправляться, бросила костыли. Водилась с маленьким племянником. В то время у младшей сестры Шолпан в Алматы подросли дети, ей надо было выходить на работу из декретного отпуска. И она забрала меня. Это был 2001 год.

Читайте также:  Почему мерзнут ноги?

Встал вопрос: где жить? Сестре дали жилье в доме бывшего общежития асфальтобетонного завода, в одной комнате они ютились почти 10 лет. Все заботы о племянниках легли на плечи Айман: кормила их, гуляла с ними на улице, собирала в школу.

Долго сидеть на одной пенсии она не могла, лечение требовало дорогостоящих лекарств, брать деньги у сестры не хотела – та поднимала своих детей. Айман вспомнила о своей профессии швеи, полученной когда-то в училище. В течение полугода ходила и развешивала объявления по своему микрорайону «Дорожник». Не сразу, но появились клиенты. Возникла другая проблема. В комнату заходили, выходили клиенты. Сестра работала посменно, часто неделями в ночную, приходила домой, ей требовался отдых, а из-за стука швейной машинки и визитов клиентов Шолпан практически не отдыхала.
– Я стала нервничать, как же мне работать? То ли на нервной почве, то ли от повышенной физической нагрузки, болезнь опять стала прогрессировать.

Право на счастье

Однажды к Айман пришла мысль: почему другие женщины-инвалиды выходят замуж, рожают детей, а она как-то упустила эту сторону жизни. Здоровые с больными не знакомятся, значит, надо искать такого же инвалида, как и сама. Встретила своего любимого случайно, он «таксовал», а Айман в тот день надо было ехать по делам. Попросила его подвезти, так и завязалось знакомство.

– Он хороший, но только сильно зависим от своей матери. Этому есть своя причина, и я его понимаю. Когда-то он попал в жутчайшую аварию, был на краю смерти. Год лежал парализованный. Именно благодаря усилиям матери он выжил, хотя и остался инвалидом. Так что сам себя убедил, что обязан быть ей благодарным на всю оставшуюся жизнь.
Сначала они просто встречались. У Айман появился хороший повод каждый день выходить на прогулку. Она работала, появились собственные деньги, поэтому каждый раз сочиняла себе новый наряд. Принарядившись, опираясь на одну палочку, спешила на встречу. Ее молодому человеку импонировало то, что Айман не опустилась, как некоторые другие инвалиды, работала и следила за собой.

Счастье было недолгим

Счастье длилось около года. Он предложил ей пожить вместе, и Айман переехала к нему домой. Он был внимательным и заботливым, ходил по магазинам, приносил все, что она просила. Каждый месяц 16 числа, в день их знакомства, он дарил ей подарки. Айман взяла вторую работу – оператором на дому, к тому же ей поступил крупный заказ – шить милицейские рубашки. Для девушки новая жизнь была большой нагрузкой. В доме родных от нее не требовали серьезной работы, а в новом доме от нее ожидали большего. Свекровь рассчитывала, что невестка полностью возьмет на себя уход за жильем, все бытовые заботы. А Айман не могла вымыть полы в большой квартире, сделать ремонт и прочее. Через месяц женщина вызвала Айман на разговор: «Я не могу упрекнуть тебя в чем-то. Ты хорошая девушка, но мне нужна в доме хозяйка. Мне нужна здоровая невестка. А я не могу тебя ни о чем попросить».

Была еще одна причина, из-за которой свекровь была против Айман. Женщине нужны были внуки, а Айман не могла иметь детей. С деформированными костями выносить ребенка не представлялось возможным. Но самое страшное – ее заболевание носит генетический характер, а значит, может передаться если не самому ребенку, то его детям или внукам. А такого «счастья» Айман никому не желает. Айман ответила: «Спасибо, что выдержали меня столько времени». Собрала свои вещи и вернулась к сестре. Вскоре молодой человек нашел другую женщину, а Айман снова осталась одна.

Луч света

Заказы шли целый год без перерыва, Айман некогда было тосковать. И боль постепенно отступила, только иногда, нет-нет, где-то в глубине защемит.

На протяжении последних двух лет она передвигается в основном на инвалидной коляске. У нее – атрофия мышц ниже колен и выше локтей. Иголку держать не может, поэтому купила на накопленные деньги электрическую машинку и оверлок.
Когда сестра ждала третьего ребенка, Айман задумалась о собственном угле. Но купить квартиру ей не по средствам. И тут случилось чудо: ей позвонили журналисты и предложили открыть мастерскую. Они начинали новый проект по поддержке инвалидов. Комнату нашли в том же общежитии, аккурат напротив той, где живет ее сестра. Общественный фонд оплатил годовую аренду, с условием, что через год она должна раскрутить свое дело и оплачивать жилье самостоятельно.

Читайте также:  Грибок стопы: это полезно знать

Боже, дай мне силы!

Ее мечты просты и непритязательны. Когда жила у сестры, желала иметь свой угол, куда могли бы приходить клиенты. Сейчас она мечтает об операции, которая бы помогла ей встать с коляски. Если сможет выбить квоту на эндопротез, который стоит порядка 3 тысяч долларов, то ей потребуется 120 тысяч на одну операцию. А ей нужны операции по замене суставов на левом бедре и правом колене.

– В прошлом году я пыталась записаться на операцию, но мне отказали врачи, у меня уже идет атрофия мышц и сосудов. У моей знакомой был ревматоидный артрит и полиартрит, она сделала операцию и через месяц уже бегала. Пока я езжу на массаж аж в «Орбиту», каждый сеанс обходится в 3 тысячи тенге, плюс дорога. Моя пенсия после добавления составляет 19 тысяч, поэтому, чтобы лечиться, мне надо работать и работать.

Своих детей ей заменили дети ее сестер, теперь они ухаживают за тетей. К новому году 30-летняя племянница подарила ей микроволновую печь. Младшие племянники помогают по дому, прибирают, покупают продукты.

Единомышленники

В 2002 она вступила в общество инвалидов. Первое время выезжала с ними на природу, участвовала во всех мероприятиях. Там самое теплое общение единомышленников. Сейчас, на коляске, ей это сложно делать. С лета прошлого года она не выходила на улицу. Коляска у нее тяжелая, механическая, своими руками Айман не может ее катить. Мечтает об автоматической, чтобы только нажать кнопку и поехать. КСК после продолжительных обращений Айман установило поручни на ступеньки подъезда, обещают поставить и пандус. Правда, обещают тоже давно.

Она не любит собственные дни рождения. Но в прошлом году ее старшая сестра организовала для Айман настоящий той с шашлыком. Это был первый ее день рожденья за последние 10 лет.

И все равно, даже сейчас, когда она испытывает жгучую боль, у нее не возникает и мысли о бесполезности жизни. Каждый день она просит Бога: «Дай мне силы выжить, выдержать это испытание».

– Бывает, так устанешь от однообразия, настроение – хуже некуда. Включишь телевизор, а там здоровый парень или девушка покончили жизнь самоубийством. Все во мне клокочет от возмущения: «Счастья вы своего не понимаете. Мне бы ваши ноги, ваши руки».

Выразите Свою Реакцию
Like
Wow
Sad
Angry
ZOJ.KZ
Войти с помощью: 
Подписаться
Уведомление
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Мы будем благодарны вам за комментарий x
()
x