Почти каждое лето в жестокие для нашей страны годы Великой Отечественной войны я отдыхал в ущелье Чимбулак, в уютном детском санатории Турксиба. Там у огромного фруктового сада, будто скатившегося к горной речушке с прохладной прозрачной водой, возвышались на извилистой круче четыре одноэтажных домика для отдыхающих здесь ребят, а в отдалении от них еще три – для их сверстников, пораженных тяжелой, страшной болезнью – туберкулезом. Один из этих трех домиков пополнялся выздоравливающими. И нам, отдыхающим здоровякам, иногда разрешалось навещать их, уже вовсю счастливых.

Радость на их молоденьких, еще бледных, осунувшихся мордашках невозможно было описать словами. Еще бы! Они возвращались к своей обычной, нормальной жизни. Старший среди всех в этой палате, Вадим, необычайно памятливый, пытающийся рассуждать уже как взрослые, с солидностью в голосе информировал нас почти по-военному о признаках своего излечения: температура 36 градусов и постоянно устойчивая, вес не снижается, кажется, жирок нарастает, кашель уже не давит, кровь в норме, как и давление, да и рентген подтвердил все признаки заживления легких. Тахикардия отсутствует. Последнее его упоминание о какой-то тахикардии вызвало у нас восхищение медицинской эрудированностью нашего товарища. И он ввернул это незнакомое для нас словечко, чтобы еще выше поднять свой авторитет. Помолчав, разъяснил, чеканя каждый слог: «Тахикардия, братцы, это не фунт изюма слопать, это когда сердце бешено мчится и мчится, а зачем, само не знает, и не остановить его! Врачи сказывают, что помог мне стрептомицин. Его недавно создали ученые, на мне в числе первых опробовали!» Но в палате Вадима выздоравливающих оказалось немного, как говорят, раз, два и обчелся. В те военные годы, эти, чуть ли ни ласково называемые «палочки» Коха, косили и малого, и старого, особенно поднимавшуюся молодежь. Здесь, в этом ущелье, несмотря на все усилия медиков и целебный воздух, шансы на выздоровление имели немногие.

Старожилы этого лечебного комплекса ядовито шутили: «Отсюда для нас только две дороги. Одна на север для исцеленных, другая на юг, в небытие, кого сожрали палочки Коха». Мы, отдыхающие здесь здоровяки, хорошо знали эту дорогу. Она вела в самый конец ущелья, мимо бездонных расщелин. И по ней чуть ли ни каждую неделю, скрипя несмазанными колесами, поднималась в гору повозка. Ее тащила, не поднимая головы, постоянно фыркая, старая кляча. На нее изредка покрикивал ездовой – худющий парень Кеша. Эту старую лошадь он называл Машей. Вот она-то знала, что возит сюда, в горы. Сегодня у нее тот же груз, что и в начале недели, – еще одна молодая жизнь, убиенная во цвете лет.

Когда я учился в школе, то после соревнований на стадионе «Спартак», что в парке Горького, иногда отправлялся в одну столовую, что рядом с ним. Шеф-поваром там была моя мачеха. Находилась столовая на территории туберкулезного института. У меня была возможность постоянно контролировать свое здоровье. Как-то меня приглашает знакомый мне врач в свой кабинет и сообщает пренеприятное известие: в моей щитовидной железе обнаружены … палочки Коха! Я обомлел от неожиданности. Тотчас всплыли воспоминания об ущелье Чимбулак.

Перед моими глазами всплыла та южная дорога, траурная повозка и, конечно же, я на ее дне. Но врач, выждав мгновение, успокоила меня:
– Щитовидная железа прикончила все эти палочки, защитные силы организма, значит, надежные. Но это сегодня. Что будет потом, зависит от вас. Если иммунные силы ослабнут, может случиться большая беда. Здоровый образ жизни – вот что их сделает надежными. Что это такое, думаю, вы знаете.

Я тогда пустился в философский монолог: «Предполагают, что жизнь на нашей планете породили океанские сине-зеленые водоросли. И как природа допустила к ней ее же губителей, вот этих прожорливых палочек Коха, да и миллионы других гнусных бактерий! Они-то пожирают все и вся, а вот с ними с трудом справляются».
Моя собеседница, долго не раздумывая, ответила: «Это вечная борьба, но все равно победителем будет хозяин земли – человек».

После той аудиенции с эскулапом я решительно нацелился на укрепление своей иммунной системы, все же опасаясь, что те омерзительные палочки Коха вдруг снова решатся ринуться в мой организм. Спортивная гимнастика, водные процедуры, словом, здоровый образ жизни становится   насущной потребностью моей плоти и духа. В щитовидку добавляет силы не только морская капуста, йод, но и, как оказалось, красная рябина, медуница, водяной кресс, содержащие ее гормоны. Но где сыскать их в наших краях? Вся надежда на мои почти ежегодные поездки на курорты, где подлечивал свой наступающий эндартериит – нарушение периферического кровообращения.

Вернулся домой, узнаю поганую новость – молодой сотрудник, заместитель нашего главного бухгалтера, Коля Родин, в туберкулезной больнице. И снова на меня нахлынули видения Чимбулакского ущелья. Неужели и Колю ничто не спасет от тех омерзительных палочек Коха? Парню и так не повезло с самого рождения. В девять месяцев от роду свалил полиомиелит. Стопы ног вывернуты так, что встать на них невозможно, и с каждым днем все хуже. В больнице Капчагая врачи бессильны ему помочь. Его переводят после напряженных переговоров в стационар на Каменском плато. Главврач в гневе: что тянули с отправкой малыша к нам, ведь наступала паралитическая форма, быть ему калекой на всю жизнь, и это в лучшем случае …Там сохранили Николаю жизнь. А теперь другая напасть, еще страшнее – палочки Коха. Он каждый день теряет в весе, бронхи все темнее при просвечивании, из-за высокой температуры нет спасения от замучившей организм испарины, хотя врачи используют различные комбинации препаратов и в виде аэрозолей, и внутренне, пока даже ослабить температуру не удается.

Отец Николая, колхозный водитель Виктор Петрович, сердцем чувствует, что теряет сына. Обидно, что ничем помочь не сможет. Знакомые предлагают разные способы исцеления. Одни уверяют, что настойка алоэ на спирту как рукой снимет болезнь, другие предписывают от меда с коньяком и куриных яиц обязательное выздоровление, как и от чеснока с уксусом, моркови с медом, корней девясила, свиного нутряного сала с какао и алоэ, как и от множества других чудодейственных снадобий. Но, как гласит народная пословица: чужую беду пальцем отведу, свою пятерней не одолею. Все испробовал отец Николая, даже «эликсир жизни», в коем и свекла, и хрен, и морковь, и орехи грецкие с изюмом, и лимон, настоянные на стакане водки. Но, увы, сын его, как и до их приема, с каждым месяцем терял свои жизненные силы.

Однажды Виктору Петровичу передали листок бумаги с очередным «уникальным» средством избавления от недуга его сына, как подумалось ему. Но податель сего рецепта вызвал у него сразу уважение. То была экономист Валентина Юрьевна Шахворостова, весьма серьезная и ответственная личность. В том послании рекомендовалось лишь два компонента: килограмм разогретого сливочного масла и четверть кило пчелиного прополиса, который следовало тщательно размешать в масле.

Теперь каждый день отец Николая отвозил сыну эту смесь, а тот перед едой пил по столовой ложке. Недели через три обычно хмурый, отчужденный от всего, что его окружает, Виктор Петрович был приятно удивлен явными переменами в настроении своего любимца.
– Ты знаешь, отец, во мне что-то бодрящее прокатилось. Спокойнее ночи провожу, не вижу во сне прежних кошмаров, потливость исчезает. Пошел на поправку что ли? Даже самому не верится …А еще через месяц Виктор Петрович не обнаружил сына в палате. Защемило сердце: что произошло так внезапно?
-Да на вас и лица-то нет, Виктор Петрович, – увидела его медсестра,- да живой он. Да живой он, живой. Выписали его сегодня подчистую. Здоровякам в нашем заведении делать нечего. Поздравляю от души! Но молодец парень! Хирел, хирел, а тут враз пошел на поправку. Удачливый у него, наверняка, отец.

О тайнах выздоровления Виктор Петрович не обмолвился ни словом. Но когда эту болезнь прихватила Галина, соседка по дому, Виктор Петрович и ей помог тем рецептом исцеления. А Валентина Юрьевна, как призналась потом, поначалу испробовала тот рецепт на своей дочери, оказавшейся в туберкулезном диспансере и неожиданно для всех излечившейся.
Сын Виктора Петровича живет теперь не в Покровке Илийского района, а в России. У него двое детей, оставил бухгалтерскую работу, занялся музыкальным бизнесом. Но каждый год приезжает к отцу.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 

* Copy This Password *

* Type Or Paste Password Here *